Бен кивнул и едва заметно улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, контрастировавшими с перепачканным сажей лицом.

– Хорошо. – Он повернулся к мэру. – Мистер Коллинз, полагаю, вы хотели бы, чтобы эти двое приступили к работе. – Бен кивнул в сторону Кары и Уэса.

– Разумеется. Мы с мистером Эдисоном ждем крепких версий от следствия как можно скорее.

– Как я поняла, мистер Эдисон уже прибыл на место происшествия, – не то спросила, не то констатировала Кара.

– Да, он был здесь, но уже уехал. Он весьма занятой человек.

Интересно, что за неотложные дела отвлекли мистера Эдисона в столь поздний ночной час, спросила себя девушка. Неужели он не понимал, что следователь захочет поговорить с ним, задать вопросы?

Отчего же не стал дожидаться?

Мэр повернулся и пошел к машине, бормоча, что такое важное расследование нельзя поручать кому попало, что всякий норовит влезть в чужой монастырь со своим уставом и ему сейчас не хватало только приезжих девиц с их методами. Бен последовал за ним.

– По-моему, вы принадлежите к разряду аутсайдеров, – философски заметил Уэс.

– А вы – к разряду бунтарей, – парировала Кара с насмешкой. – Как мне кажется.

Уэс указал рукой на склад.

– Пойдемте?

Она пристально посмотрела на него. Свободная серая рубашка, джинсовая куртка, потертые джинсы. Неистовый, мятежный огонь в глазах. Темная тень отросшей за день щетины вокруг чувственных манящих губ. Растрепанные ветром волосы. Одним словом, проблема с большой буквы. Кара никогда не обращала внимания на мужчин, с которыми работала. Отчего же обратила на него?

Она тряхнула головой, чтобы отогнать несуразные мысли и заглушить тепло, разлившееся в груди.

Следует сосредоточиться на расследовании и только на нем. Так будет правильно.