– Наше поселение лежит чуть дальше на полдень. Скоро мы доберемся до реки и свернем на север. Я познакомлю тебя со своей семьей.

– Я бы тоже хотел познакомить тебя со своими… – вздохнул Этиоль.

– Послушай, Эхомба, я не пророк и не способен провидеть, чем закончится твое путешествие. Но предсказать, что берегом Орисбаба ты очень скоро доберешься до полноводного Кохобота и до Кора-Кери, это в моих силах.

Большая удача, когда не надо плутать в пустыне, тратить силы на то, чтобы одолеть болота и заросли в устье большой реки.

Гомо обнял старшего брата за бедро, прижался к нему.

– Давай поторопимся, – попросил предводитель обезьян. – Так хочется поскорее узнать, все ли спокойно в стойбище.

Не успело солнце перевалить на другую сторону небосвода, как войско наконец добралось до родной стоянки. Взрыв радости, оглушающей, безумной, сразил человека. Ужимки, прыжки и гримасы, виденные им в дальней роще, не шли ни в какое сравнение с тем, с чем ему пришлось столкнуться на этот раз. Молодежь и самки попрыгали на землю и принялись выделывать такое, что Этиоль от изумления остановился. Радость встречи с сородичами превзошла всякие ожидания. В том, может, таился глубокий смысл – в необузданности, в естественности, в нескрываемом ликовании, с которым одно живое существо радовалось появлению другого.

Скоро войско было распущено, и самцы разбежались по укромным уголкам, где их ждали семьи. Гомо пригласил друга к себе в гости, познакомил с царицей – нарядной упитанной обезьянкой, отшлепал ради знакомства двух своих отпрысков. И было за что! Более подвижных и неугомонных созданий Этиоль в жизни не встречал. Первым делом они облазили человека с ног до головы – решили, так сказать, на ощупь изучить доставленный отцом экспонат старшего брата. Принялись дергать Этиоля за уши, за нос, за волосы, выкручивать пальцы… Гомо попросил Этиоля не стесняться и хорошенько отшлепать негодников, однако пастуху было жалко невинных малышей. Вспомнились свои двое, может, и не такие шустрые, но доверчивые. Каково родителям жить под страхом нападения безжалостных врагов, которые так и метят, как бы полакомиться самыми юными и нежными детишками.