– Нет, серьезно, – продолжала щебетать Рейчел, – Ховард не только красавчик, но и человек с характером. Он не такой, как Джеймс Ричардс, но, думается мне, и не из тех, кто мирится с дураками. Не думаю, что он станет делать нам, женщинам, поблажки только потому, что мы женщины… Понимаешь, что я имею в виду?

С упавшим сердцем Сара подумала, что понимает. Стивен, например, если бы она рассказала ему о приставаниях Дэвида Рэндала, посочувствовал бы и постарался так или иначе разрешить эту проблему; но обратиться к Стивену значило бы действовать через голову главного редактора, а это не принято. Сара не стала обращаться за помощью или советом к Джеймсу Ричардсу, потому что знала: того только повеселили бы ее трудности; и в душе девушка надеялась, что новый главный редактор окажется более понимающим. Беда в том, что проблема с Рэндалом сама по себе чревата немалыми трудностями. Объяснить постороннему ее суть значило бы сообщить ему, что она, Сара, еще девственница, а уж этого ей совсем не хотелось делать. Элементарный выход, мрачно размышляла Сара, – поскорее избавиться от девственности, но сейчас это проще сказать, чем сделать, потому что близким мужчиной я так и не обзавелась. Учеба в университете оказалась делом трудным и сложным, а Сара настолько твердо решила получить диплом с отличием, который позволил бы найти высокооплачиваемую работу и возместить Ралфу и Джейн истраченные на нее деньги, что на мужчин времени не оставалось.

Потом были первые отчаянные поиски работы, а за ними – осознание того, что диплом не дает навыков и знаний для конкретной работы, а значит, надо заниматься по вечерам. Все это вместе взятое оставляло не много времени для романтических экзерсисов.

Несмотря на неопытность, Сара вовсе не была дурочкой. Она отлично понимала, что Дэвида притягивает прежде всего ее девственность. Не будь этого… Кроме того, Сара подозревала, что очень скоро Дэвид перейдет от уговоров к требованиям.