Зак тоже обладал жизнестойкостью духа.

— Мы уже недалеко от океана, — прервал он молчание, очнувшись от дремы.

— У меня тоже побережье — самое любимое место. Иногда мне кажется: если бы я жила здесь, то чувствовала бы себя в постоянном отпуске. Такой целительный воздух! Нигде нет ничего похожего.

Она могла пробовать этот воздух на вкус, с наслаждением вдыхать его. Над океаном висел туман. Ну и пусть, это не имеет значения.

Невероятно, но Мишель не видела океан почти четыре года. С того самого раза, когда она и Роб, у которого уже стали проявляться признаки болезни, приехали сюда на барбекю. Зак устраивал пикник для всей семьи. Он тогда снимал квартиру, о своем доме оставалось лишь мечтать, бизнес только-только закладывался.

С тех пор ее мир так резко изменился…

— Скажи, куда ехать.

Она остановилась у светофора.

— Два квартала на юг, потом поверни направо и по дороге до конца. Там слева увидишь частную аллею. Гараж номер два.

Через несколько минут она нашла так называемую аллею. На самом деле это был тупик.

Шерилин показывала ей фотографии этого здания. Несколько лет назад компания Зака взялась за перестройку дома, после чего он должен был быть выставлен на продажу. Двадцать безвкусных квартир, единственным достоинством которых был вид на океан, превратились в десять роскошных белых строений, напоминающих архитектуру Средиземноморья. Их быстро раскупили, а один двухэтажный домик приобрел Зак.

Так осуществилась его мечта жить на берегу океана. И теперь Мишель могла бы сказать одно: снимки не идут ни в какое сравнение с реальностью.

Она остановилась перед гаражом.

— На заднем сиденье лежит чемодан, открой его, там, на куртке сверху — пульт и мой бумажник.

Вместо того чтобы выйти из машины и подойти к задней дверце, Мишель отстегнула ремень безопасности и повернулась, нащупывая чемодан правой рукой. Но замок все равно открыть не удалось. Тогда она потянулась еще больше и наконец достала пульт.