Было почти пять, когда он кончил делать упражнения. Мишель дала ему лекарства и заставила выпить много воды. Наконец он лег с пакетами льда на ребрах, и она закрыла его по грудь покрывалом.

— Хочешь посмотреть вечерние новости?

— Нет, если ты не будешь.

Мишель снова почувствовала волнение от его слов.

— Вообще-то я собиралась начать готовить обед.

Чтобы не оставаться с ним наедине, она сказала первое, что пришло в голову.

— Разве не остались блинчики?

— Конечно, остались, но я подумала, что ты захочешь…

Она замолчала на середине фразы, потому что зазвонил телефон. Она достала из кармана трубку.

Это был Майк.

— Ты не собираешься отвечать?

Невинный тон Зака не обманул ее.

— Я позвоню позже.

— В моем присутствии ты можешь свободно разговаривать и с Майком Фрэнсисом, и с кем угодно.

И предоставить тебе еще одну возможность поставить меня в неловкое положение?

— На первом месте у меня — ты, — покачала головой Мишель. — Если не хочешь смотреть телевизор, может быть, я почитаю тебе?

— Я ждал, когда ты предложишь.

У него глаза заблестели от удовольствия.

Интуиция не подвела ее, когда, собираясь сюда, она бросила в сумку несколько книг.

— «Сказку о двух городах» Диккенса?

— Читал уже.

— А «Письма Скрютейпа»?

— Нет, уже заинтригован.

От его бледной улыбки у нее екнуло сердце.

— Сейчас принесу. Минутку.

Во время крохотной передышки у нее хватило времени позвонить Майку и сообщить, что свяжется с ним, когда подготовит Зака ко сну. Она догадалась, что Майк расстроился. Он сказал, что будет ждать, как бы поздно она ни позвонила. Конечно, ему не понравится то, что она собирается ему сказать. Но если отложить звонок на завтра, обида будет сильнее.