Опомнись, Мишель! О чем ты думаешь?!

— Я не твой лечащий врач. Но полагаю, недели три, четыре. Если не будет осложнений.

— Я не могу так надолго оставлять свой бизнес.

— У тебя нет выбора. Ты нуждаешься в помощи.

Сложенными руками она уперлась в туалетный столик.

— Согласен.

Пронзительный взгляд исследовал линии и округлости ее стройной фигуры, одетой в кремовые в полоску брюки и блузку с коротким рукавом цвета шалфея.

В ответ у Мишель зачастил пульс.

— А ты немного поправилась. И это тебе идет. — От его хриплого голоса волна тепла прокатилась по телу. — Подвинь стул и сядь. Я хочу кое-что обсудить с тобой.

Зак не сказал и не сделал ничего ужасного, неприличного, но она почему-то почувствовала что-то похожее на удушье. Эта интимность спальни, где он лежал так близко, эти его взгляды…

Она вспомнила острое чувство вины, которое испытала на похоронах. Тогда Мишель внезапно поймала себя на том, что сравнивает Зака и Роба. И сейчас это повторилось.

Тогда она укоряла себя. А в промежутке начала встречаться с мужчинами, среди них попадались очень привлекательные. Один из них — Майк Фрэнсис. Почему же сейчас она не думает о Майке?

— Прежде чем я это сделаю, нельзя ли принести тебе чего-нибудь поесть? Может быть, клубничный десерт? Не похоже, что ты хотя бы попробовал завтрак.

Поднос с едой, принесенный Шерилин, так и стоял нетронутым на краю кровати.

— Я принял пилюли, и они убили аппетит, появилась тошнота.

— Тогда тебе нужно лекарство, которое позволит избавиться от тошноты.

— Во всяком случае, это мои проблемы. — Голос его стал резким. — Мне надо поговорить с тобой, пока не вернулась Шерилин.

Мишель вдруг перенеслась в прошлое. Тогда совсем юный Зак выбрал именно ее для того, чтобы доверять ей свои тайны. Выполняя его желание, она принесла бамбуковый стул из угла комнаты.