— Подержите-ка инструменты, — буркнул сосед. Элис сделала вид, что не заметила протянутую отвертку.

— Благодарю, я вполне могу справиться сама.

— Подержите отвертку, — повторил он.

— Нет.

Он одарил Элис долгим взглядом.

— Раз уж вы меня вытащили, и я взялся за дело, причем, заметьте, совершенно бесплатно, извольте помогать. Его взгляд невольно остановился на пухлых, четко очерченных губах девушки, и она почувствовала, как краска смущения заливает ее лицо.

— С детства знаю, что следует бояться данайцев, дары приносящих.

— Я похож на данайца? И чем же? — небрежно поинтересовался Фрэнк. — Не скажу. Если вы позволите, я все сделаю сама. — Бьюсь об заклад, что через пять минут вы снова захнычете под моей дверью, потому что у вас наверняка ничего не получится. Позвольте уж мне. — Бартон демонстративно отвернулся и начал копаться в шкафчике.

— В жизни не хныкала, — возмутилась Элис и оценивающе оглядела бедра Фрэнка, туго обтянутые джинсами. Ей вдруг захотелось дать пинка по крепкой заднице и тем самым хоть чуть-чуть сбить спесь со слишком самоуверенного соседа.

— И не сверлите меня взглядом, прелестная пастушка. Я посильнее вас, к тому же у меня прекрасная реакция.

Фрэнк даже не обернулся, но Элис разозлило то, что он прочел ее мысли, и особенно — слова о «прелестной пастушке». Неужели ее провинциальность так бросается в глаза?

— Да, у вас действительно отменная реакция. Однако скоропалительные выводы не всегда хороши. Должна заметить, вы прямо-таки излучаете уверенность в превосходстве над женщинами. Могу вас огорчить: вы явно себя переоцениваете. Игнорируя выпад и не говоря ни слова, Фрэнк счету, — уже более спокойно заметила она, — и не хочется отвлекать вас по пустякам.