Оторвался от своих гидролокационных приборов Питер Кастро, полукубинец-полуамериканец, темнокожий, зеленоглазый и низкорослый по сравнению с остальными членами команды. Конечно, находились здесь Джо и Марина Тобаго, муж и жена, уроженцы Багамских островов, незаменимые пловцы, лучшие из всех, кого только встречал Рок. Если по вечерам выпадало свободное время, Рок устраивал соревнование с Джо. Случалось, он побеждал, но чаще проигрывал, и тогда Джо шутил — стареет, мол, кэп, теряет форму. Это всегда подстегивало Рока, он опережал Джо в следующем заплыве, небрежно роняя, что форма его как всегда превосходна. И это действительно было так!..

Изумлению команды действительно не было предела: в сетях, которые он вытянул на палубу, барахталось какое-то существо. Вся команда разом подалась назад. Что это? Морская русалка? Еще неизвестное науке животное?

Рок, как и все остальные, застыл как громом пораженный, с любопытством взирая на то, что вытащили сети из океанских глубин.

Женщина! О Господи, неужели это опять она?!

Рок отступил назад, переместившись к первой ступеньке трапа, ведущего к рулевой рубке, чтобы исчезнуть из ее поля зрения, и кивком подал знак Брюсу. Тот удивленно вздернул бровь, не понимая. Тогда Рок махнул рукой, приказав освободить пленницу из сетей.

Пожав плечами, Брюс дал команду приподнять сети, в которых запуталась женщина. Стоя возле рулевой рубки, Рок не спускал с нее пристального взгляда.

Он тихо присвистнул — она совсем не изменилась.

Женщина приподнялась и встала на колени; она оказалась довольно стройной, гибкой и… возбуждающей. С ее волос капала вода, мокрыми прядями они свисали ей на лицо, и разобрать, какого они оттенка, сейчас было невозможно. Но это не имело значения. Он знал: когда волосы высохнут, они станут напоминать солнечные лучи. Такие же золотые и ослепительно сверкающие. Как и прежде, для него эта женщина являлась самым редкостным, самым изящным созданием на свете. А она вдруг подняла голову и в упор посмотрела на Брюса. О Боже! Какое совершенство — маленький прямой нос, губы цвета алых лепестков розы, резко очерченные на фоне белоснежной, впрочем, нет, чуть загорелой кожи.