Но сейчас он уже не мальчик. Он – мужчина. Мужчина с холодным сердцем, твердо решивший не иметь дела с женщиной, как бы прекрасна и соблазнительна она ни была…

– Эй, приятель, здесь все-таки Нью-Йорк! Ты что же, думаешь, тротуар – твои частные владения?

Дамиан резко обернулся, готовый дать отпор наглецу и…

– Рейз, – улыбка осветила его лицо.

– Сам собой, во плоти, – блеснул зубами Лукас.

Улыбка Дамиана стала еще шире. Они хлопнули друг друга по рукам и коротко обнялись.

– Чертовски рад тебя видеть.

– Я тоже. Ну как, готов к обеду?

– Когда это я был не готов отобедать в «Портофино»?

– Да. Конечно. Я просто, я имел в виду… – Лукас откашлялся. – У тебя все в порядке?

– Все отлично.

– Тебе надо было бы тогда сразу позвонить. К тому времени, как я узнал об этом из газет, ну… об этой аварии…

Дамиан напрягся.

– Забудь.

– Я понимаю, как это тяжело. Потерять невесту…

– Я сказал, забудь об этом.

– Я не знал ее, но…

– Лукас. Я не хочу говорить об этом.

– Ну ладно, – сказал Лукас, силясь улыбнуться. – В таком случае… Я попросил Антонио оставить нам столик. Как в старые добрые времена, – улыбнулся Лукас.

Ничего уже не будет, как в старые добрые времена, подумал Дамиан.

Казалось, все здесь было, как раньше. Вот только разговор почему-то не заладился. А после двойных порций виски и водки оба вдруг надолго замолчали.

– Ну, – наконец нарушил молчание Лукас, – и что нового?

Дамиан пожал плечами.

– Ничего особенного. А у тебя?

– Да то же, что и обычно. На прошлой неделе был на Таити, Так сказать, спускал на пляже свое состояние…

– Порочная жизнь? – усмехнулся Дамиан.

– Что ж, кому-то надо жить и такой жизнью. Опять молчание. Лукас откашлялся.

– Я видел Николо и Эйми на прошлой неделе. На вечернем приеме. Всё сожалели, что тебя не было.