— Могу представить, как вас это раздражает, — покачала головой Сьюзан. — А как должны нервничать больные! Что до меня, то я теперь буду ездить на работу окольным путем — пусть чуть длиннее, зато надежнее.

— А откуда вам приходится ездить?

— Я купила небольшой домик у Коссертоне, в двух милях от дома родителей. Я чуть с ума не сошла от радости, когда мне подвернулся такой вариант. Лучшего не придумаешь: в меру большой, с чудесным садиком перед домом, так что и ребенку есть где поиграть, и мне спокойнее.

— Так вы живете вдвоем с сыном? И никого больше?

Сьюзан помедлила с ответом, и Кристофер, бросив на нее беглый взгляд, пояснил:

— Простите, если я иногда слишком прямолинеен, — это мой стиль. Если мне что-то интересно, я тут же об этом спрашиваю. — Он снова сосредоточился на дороге. — Но это не значит, что я любитель задавать человеку неприятные вопросы. Просто мне казалось, что два года — достаточно большой срок, чтобы примириться с утратой даже самых близких людей. Тем более вы молоды, жизнь для вас далеко не кончена.

— Я с вами согласна, два года — большой срок, кроме того, мне ничего от жизни не надо. У меня есть работа, сын, этого мне вполне достаточно.

Сьюзан и в самом деле прохладно относилась к идее, чтобы возобновить отношения с противоположным полом. Прошлый опыт подсказывал, что от мужчин в жизни одни неприятности и без них жить по крайней мере спокойнее.

— И долго вы были замужем?

— Без малого четыре года. Мы поженились сразу после того, как получили свои дипломы.

— Недолго же вам пришлось пожить вместе! — сочувственно заметил Кристофер. — И что же произошло: болезнь?

— Вовсе нет! — Сьюзан сама удивилась спокойствию, с которым говорила на эту тему. — Колин всегда отличался отменным здоровьем. Тем сильнее было потрясение от его смерти. Ну, да ладно, это дело прошлое. А вы женаты?