Рамон Агулар улыбнулся. Он знал, как молодой герцог кичится своим аристократическим происхождением, как он долгие годы лелеял мечту возглавить однажды по праву прямого наследования весь клан Эррера, а главное — взять под свой контроль семейный банковско-финансовый бизнес. Отец Хавьера — первенец деда — давно почил. До момента оглашения завещания именно Хавьер был приоритетным кандидатом на место главы дома. Причину гнева молодого герцога можно было понять. Однако сочувствовать ему было затруднительно… Особенно теперь, когда он, разочарованный и возмущенный, метался по кабинету.

— Правильно ли я понимаю, Рамон? Меня отстранили отдел по той единственной причине, что я холост? — Он остановился напротив адвоката.

— Вас не отстранили окончательно, — поправил его сеньор Агулар. — Вы вполне можете взять инициативу в свои руки, если выполните предъявленное вам требование.

— Черт знает что такое! Как может семейное положение главы банка повлиять на эффективность управления им?! — выкрикивал, негодуя, герцог.

— У вашего деда были все основания полагать, что человек семейный более осторожен в принятии рискованных решений, серьезнее относится к вопросам перспективного развития, бережет репутацию фамильного дела. Человек семейный печется о будущем бизнеса, в то время как холостяк может поступить опрометчиво и поставить на карту все ради сиюминутных доходов, как часто случалось… Иными словами, вашему деду нужен был наследник — уверенный и стабильный бизнесмен, а не авантюрист, — резюмировал Рамон Агулар.

— Я такой наследник! Я — уверенный и стабильный! — воскликнул Хавьер Эррера, на что адвокат Рамон Агулар пожал плечами.

— Мы не можем подозревать Карлоса Эрреру в невменяемости. Он прекрасно управлял банком вплоть до своей смерти, — назидательно произнес сеньор Агулар. — В то время как вы…