Он откроет дверцу машины, почтительно наклонит голову и поцелует ее милостиво протянутую руку. Потом поможет выйти и произнесет краткую, но выразительную речь, сводящуюся к несказанной радости по поводу их встречи. А потом пригласит ее на обед, в огромный пиршественный зал, где они будут сидеть за монументальным дубовым столом, на резных дубовых стульях, напротив друг друга, только вдвоем. Если, конечно, не считать десятка слуг в красных ливреях, внимательно следящих за каждым жестом хозяина и прекрасной гостьи, пытаясь предвосхитить любое их желание. Такая сцена вполне заслуживала быть отображенной в красках и занять достойное место в ее личном творчестве. Стать началом новой серии картин, которую она назовет «Моя жизнь».
2
К сожалению, действительность оказалась намного прозаичнее. Во-первых, ее никто не встретил у въезда в имение. Она остановила машину перед высокими чугунными воротами художественного литья, с переговорным устройством на одном из опорных столбов. Потом вышла, нажала кнопку и представилась. Ворота почти сразу же зажужжали и автоматически распахнулись, приглашая ее въехать во двор.
Обсаженная вечнозелеными деревьями и кустарниками аллея вела к великолепному особняку в стиле тюдор, слегка стилизованному под рыцарский замок. По крайней мере, по центру здания высилось что-то вроде донжона — главной оборонительной башни, от которой крыльями расходились в обе стороны жилые половины, в два этажа каждая. Каменные стены, красная черепичная крыша, белые портики. Дорога заканчивалась большой автостоянкой, где в настоящий момент уже стояло две машины. «Джип» для полевых и хозяйственных выездов и легковой «форд» для повседневных перемещений.