Рейвен потрясенно покачала головой. Такого мужчину невозможно игнорировать. Даже если он и не был принцем, то, несомненно, являлся идеалом каждой женщины — высоким, темноволосым и красивым. И она должна была признаться, что польщена тем, что даже при сотрясении мозга и возможном сумасшествии он сосредоточил свое внимание на ней.

Бекон подгорал. Выругавшись, Рейвен перевернула его.

Тем не менее, у нее просто не было времени или энергии справиться с сумасшедшим поклонником с манией величия, не важно, насколько красив и очарователен он был.

Его непосредственное обаяние было тем, о потере чего она будет особенно сожалеть. Допустим, она предпочитала синеглазых и темноволосых мужчин, и была достаточно женщиной, чтобы высоко ценить красавцев, но ее в первую очередь привлекло именно его обаяние. Мужчины, которые населяли ее собственный мир, не слишком стремились быть обаятельными, а игры, в которые они играли, были опасными.

Рейвен вздохнула и выбросила из головы видение пронзительно-синих глаз. Сейчас было не время, совсем не время для личных желаний.

Вздохнув, Рейвен переложила бекон на бумажное полотенце, чтобы стек жир.

И, решив выбросить из головы бесполезные мысли, она стала снова размышлять о его поведении прошлой ночью.

Она была высокой, однако он был выше и, конечно, намного сильнее ее. Но он не воспользовался этой силой, чтобы получить то, чего явно хотел — она уже видела страсть в мужских глазах и узнала ее в его напряженном пристальном взгляде. Он делал предложение бесчисленное количество раз различными способами, игриво преследовал ее вокруг стола или двух, и говорил любому, кто его слушал, что она выходит за него замуж. То серьезный, то смешной, он добился того, что каждый в забегаловке подбадривал его.

Но ни разу, никоим образом, его преследование не было бестактным или грубым.