— Никогда не умела уклоняться от вызова, — пробормотала Кристиана и со смехом приняла протянутую руку.

Она посмотрела на лягушку в руке у Джоша-младшего, потом перевела взгляд на хитрющую мордочку мальчугана.

— А лягушки, кстати, мои самые лучшие друзья. А еще змеи. И мыши.

Пеппу передернуло.

— Вот этих последних, пожалуйста, не надо! Иначе без нюхательной соли не обойтись.

Внимание Кристианы вновь переключилось на ее возможную хозяйку, и она решила, что ей совсем несложно было бы поладить с этой женщиной. Поведение Пеппы отличалось естественностью и непринужденностью, а ее красота не только бросалась в глаза, но и казалась настолько притягательной, что любой собеседник забывал о ней, зачарованный умом и энергией светло-голубого взгляда. Ее узкое и, мягко говоря, сильно декольтированное мини-платье вызывающе подчеркивало даже то, что призвано было скрывать, но ни в этом наряде, ни в поведении Пеппы не было и намека на скрытое женское желание поразить и уничтожить потенциальную соперницу. Кристиана готова была съесть свой лучший купальник, если Пеппа Лакк хоть раз в жизни проявила ревность или мстительность по отношению к другому человеку.

— Эльза, вы не попросите свою племянницу ненадолго подняться сюда? — спросила Пеппа, обернувшись к экономке, все еще маячившей в дверном проеме.

Эльза что-то пробурчала себе под нос, а потом с недовольным видом зашагала к лестнице.

Пеппа рассмеялась.

— Она вовсе не так страшна, — пояснила она Кристиане. — Просто никак не привыкнет к моему присутствию здесь, а мои подарочные издания ее и вовсе приводят в ужас.

— Никакие мы не издания, мамочка, — протянула Лори. — И Эльза нас очень любит. Она нам печет разные смешные прянички, только не разрешает вам с папой про это говорить. Потому что папа все сразу съест, если после тебя что-нибудь останется.