— Почему бы тебе не подойти к сестрам Ян-сен? Они весь вечер за тобой охотятся. Пойдем, Марджи, посмотрим, как у Дорин обстоят дела с угощением.

Они ушли, прежде чем Гейдж успел остановить их, оставив его одного посередине гостиной. Сестры Янсен, худые как щепки и, кажется, самые настырные в округе, решили не упускать свой шанс и заторопились к нему.

Но он сбежал от них, сбежал, как трус, заскочив в кабинет, где находился импровизированный буфет с напитками.

Ральф, исполняя роль бармена, взглянул на брата и налил ему неразбавленного виски, как любил Гейдж.

— Похоже, тебе это не помешает, братец. Что случилось?

Гейдж пригубил виски, и обжигающее тепло разлилось внутри.

— Ты еще спрашиваешь? Я понимаю, Венди уже не исправить, мы избаловали ее с самого рождения, но с Марджи можно же что-нибудь сделать?

— Думаю, все, что можно было сделать, я уже сделал. — Улыбка озарила обветренное лицо Ральфа. — Я женился на ней… — Однако, посмотрев на несчастное лицо брата, он добавил: — Конечно, я поговорю с ней, — пообещал он. — Но вряд ли у меня что-нибудь получится. Ты же знаешь, она может быть упряма как ослица, если что-то втемяшит себе в голову.

— Гейдж, вы попробовали мой шоколадный торт? Я знаю, как вы любите шоколад, вот и испекла его, — неожиданно услышал Гейдж щебетание справа от себя и, повернувшись, увидел Эллин Дуглас. Она восторженно смотрела на него большими голубыми глазами и улыбалась — сущий ангел. Но, судя по разговорам ковбоев, которые до него доходили, она была далеко не ангелом. Господи, как его угораздило попасть в такую переделку? Гейдж поспешно рванул на шее галстук, который обычно надевал в церковь с белой отутюженной рубашкой и джинсами.

— По правде говоря, не пробовал, — выдавил он из себя. — Я сыт.