Ей вдруг пришло в голову, что он, возможно, серьезно ранен, а может, и мертв. Последнее предположение вызвало леденящее чувство страха. Что ей делать с сотрудником ФБР, нашедшим смерть на пороге ее дома? В сложившейся ситуации она не осмелится вызвать полицию. Ей вовсе не хотелось привлекать внимание к собственной персоне, учитывая тот факт, что у нее под раковиной были спрятаны ворованные доллары.

Мужчина открыл глаза, устремил взгляд на потолок крыльца, и страхи покинули Молли. Она уже чувствовала, что еще мгновение – и незнакомец придет в себя, поскольку мускулы дрогнули на его лице. Застонав, он приподнялся и сел. Молли настороженно проследила за тем, как пальцы его правой руки пробежали по коротко стриженной шевелюре. Бумажник с удостоверением валялся на дощатом полу, в двух футах от левой руки его владельца. Мужчина увидел бумажник, потянулся к нему и, схватив, поднялся на нога, отряхивая пиджак свободной рукой. Галстук у него болтался где-то сбоку. Молли мысленно отметила, что он подобран со вкусом – синий, с коричневым пестрым рисунком. Рубашка из белого хлопка выглядела очень дорогой, хотя и была сейчас испещрена полосками грязи.

Его взгляд пронзил ее сквозь пелену сетки, уцелевшей в верхней части двери. Выражение лица – прежде мрачное – сменилось каменным.

Молли не могла сдержаться и ухмыльнулась.

Ему явно не понравилось быть объектом насмешек. Он плотно сжал губы и, засунув бумажник в карман, двинулся ей навстречу.

– Мисс Батлер, должен вам сообщить: нам известно, что сегодня утром вы взяли пять тысяч долларов наличными в конюшне ипподрома Кинленд. Теперь я могу войти?

Не дожидаясь разрешения, он прошел мимо покореженной двери, затем взялся за дуло дробовика и выхватил оружие из ее рук, совершенно не задумываясь о том, что оно может выстрелить. Зажав ружье под мышкой, он прошел в дом.

Вернее, даже не прошел, а прошествовал, как отметила про себя Молли.