Клавиатура компьютера умолкла, когда Мерфи вновь обернулся к экрану монитора. Уилл послал ему испепеляющий взгляд. Мерфи виновато пожал плечами и продолжил прерванную работу.

Девушка полезла в мешок и подцепила сначала одну, потом вторую перетянутую резинкой пачку двадцатидолларовых банкнот.

– Ничего… ничего… ничего, – как заведенный повторял Мерфи, когда экран компьютера, мигнув пару раз, засветился мертвенной зеленоватой пустотой. – В картотеке нет ни одной женщины, подходящей по описанию. Если только я не допустил какой-нибудь ошибки.

Это обнадеживающее признание повергло Уилла в отчаяние. Для находчивого и активного супермена, каким он являлся, иметь в качестве напарника пассивного типа, подобного Мерфи, было сущим наказанием. Возможно, именно это и было на уме у Хэллума, когда он объединил их в одну команду. Босс до сих пор был безутешен по поводу утраты собственной яхты. Но не виноват же Уилл в том, что бандиты, за которыми он охотился, решили, будто эта чертова яхта принадлежит именно ему, и взорвали ее.

Хэллум всегда славился злопамятством.

Совершенно очевидно, что последнее задание, порученное Уиллу, в сочетании с Мерфи в качестве напарника явилось своего рода местью Хэллума.

– Она берет деньги! – Уилл видел, как незнакомка, завязав мешок и оглядевшись по сторонам, так что на экране мелькнул ее профиль, встала, держа в руках мешок-наживку. Затем она развернулась и, обратившись наконец, лицом к видеокамере, пошла прямо на нее. Уилл с досадой обнаружил, что лицо девушки было столь же запоминающимся, как и ее ягодицы: точеное и красивое. В целях самозащиты он зажмурился, и в это короткое мгновение она – а вместе с ней и деньги – выскочила из объектива видеокамеры и, возможно, даже из дверей конюшни.

Мерфи, откинувшись на спинку стула, восхищенно присвистнул.

– Ух! Хороша!

Не обратив на него внимания, Уилл нажал кнопку на мониторе и подождан, пока вторая видеокамера выдаст общую картину происходящего в конюшне. Но перед глазами маячил лишь усеянный снежными хлопьями экран.