Кто-то мог бы сказать, что он снова предает ее, пытаясь вернуть с помощью интриг.

Кон заставил себя замедлить темп. Восхитительный жар ее плоти. Кончики ее пальцев робко коснулись его скулы. Длинные ноги сжимают его в тесном кольце.

Лоретта не может не сознавать чар, которыми опутала его.

— Посмотри на меня, Лоретта.

Он хотел, чтобы она заглянула ему в душу, какой бы черной та ни была, и увидела любовь в его глазах. Но у нее были другие идеи. Она притянула его вниз, накрыв рот своим, руками сжимая шею так, что стало трудно дышать.

Какой же он осел! Она хочет поцелуев. Непростительное упущение с его стороны. Их поцелуи всегда были такими совершенными, что казались просто божественными. У них имелись годы практики до того, как поцелуи привели к осложнениям.

Теперь она обезумела, прижимаясь, всхлипывая, словно хотела раствориться в нем. Это было больше чем поцелуй. Его кровь пела, когда они сплелись воедино, каждый ведя чувственную битву за превосходство; битву, которую он хотел, чтобы она выиграла.

Лоретта взяла его глубже, судорожно дернувшись ему навстречу. Он полагал, что их первый раз будет более оркестрированным, скорее анданте, чем аллегро. Но будь он проклят, если последняя нота не будет сыграна арпеджио.

— Я больше не могу ждать, Лори. Присоединяйся ко мне. Пожалуйста.

Он упивался ее пылким откликом.

Они опять были в поле под жарким солнцем, на его брошенной на землю куртке для верховой езды, с ее смятыми небрежно юбками. Он нетерпеливо сдвинул ткань, руками оглаживая теплую выпуклость живота.