— Поцелуй меня, Кон. — Лоретта нуждается в поцелуе, как и он. После поцелуя тревога сразу уйдет с его лица. По крайней мере, хоть это она может для него сделать. А как бы ей хотелось сделать больше!

Кон послушался. Губы его были теплыми, язык — твердым.

Лоретта открыла глаза и увидела, что Кон пристально смотрит на нее, но его затравленный взгляд ничего не выражал. Но она знала, как вернуть его глазам искру. Ее руки оставили его плечи и запутались в волосах Кона. Он был уже твердым, и она жаждала почувствовать его в себе.

Лоретта прервала поцелуй.

— Я не хочу больше ждать, Кон.

— Тебе следует уйти, пока я еще могу отпустить тебя. — Он погладил ее щеку пальцем. Лоретта поймала его и втянула в рот.

— Бога ради, Лори, не надо. Ты сведешь меня с ума.

— Давай сходить с ума вместе.

— Ты еще слишком юна.

— Мне семнадцать! В моем возрасте некоторые девушки уже имеют детей!

— Вот именно. — Кон встал. — Мне сейчас нечего предложить тебе. А вдруг ты забеременеешь? Что мы будем делать?

— Есть способы предотвратить.

Кон вскинул руку:

— Только не говори мне, откуда тебе известны такие вещи. Между нами и дальше все будет так, как должно…

Но так не было, во всяком случае, если и было, то недолго. Лоретта добилась своего, только после этого навсегда потеряла Кона.

Она заглянула в свой ридикюль. Кон дал ей денег, но их недостаточно, чтобы сбежать от него. Он знает, что она целиком и полностью зависима, вполне возможно, ему также известна вплоть до последнего пенса сумма ее долгов. Она не дала себе труд прочесть контракт от корки до корки, но решительно подписала документ. Кон с мрачным лицом наблюдал за церемонией подписания. Должно быть, он был уверен в успехе еще до того, как она постучалась в дверь в полночь, так же как она знала, что у нее нет иного выбора, кроме как согласиться.