Охранник поморщился.

— Надеюсь, юная леди уже далеко отсюда, — с истинно французским возмущением сказал он.

Джек наступил на что-то каблуком. К вящему изумлению Рамона, он вдруг нагнулся и принялся собирать с пола рассыпанные ярко-желтые листки.

— А теперь что?

Джек протянул ему листок.

— Клуб «Таис», — прочел Рамон. — «Крутой джаз, жаркий бит». — Он перевернул листок. На обороте было напечатано меню. Привычным глазом он скользнул по ценам. — Какая-то дешевенькая забегаловка. И что это значит?

Джек поднял остальные флайеры.

— Она их выронила.

— И?..

— Значит, она могла пойти туда. Может быть, она даже там работает.

— А может быть, она работает в агентстве, которое распространяет рекламные листки и прочую чепуху, и никогда эту забегаловку в глаза не видела, — возразил Рамон.

Джек встал и взял свой кейс.

— Такие забегаловки не прибегают к услугам агентств, — ответил он, запихивая в кейс флайеры.

— Может быть, там работает ее приятель. У большинства двадцатидвухлетних девушек есть приятели, — наставительно сообщил Рамон. Послушай, кто знает, что на самом деле это за история и где здесь правда, а где ложь? И нечего разыгрывать из себя благородного рыцаря.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Рамон первым отвел взгляд. Третий раз за день, подумал он. Очень хороший результат, Рамон.

— Прости меня, Джек, — сказал он. — Но эта девушка сама может о себе позаботиться. Ты же видел. Как только появилась возможность, она сбежала. И больше этот тип ее не застанет врасплох. Она будет начеку.