Гудки в трубке прервались, и голос Франко сказал: «Я слушаю». Боже, его голос! Схватившись за сердце и чувствуя, как подкашиваются колени, Джулия выдохнула:

– Франко, это я. Я в Хитроу. Через два с половиной часа буду в Венеции. – Оно чем-то спрашивал, но она не слушала, а все твердила: – Как хорошо, что ты дома! Франко, я так хочу тебя видеть. Я умираю без тебя. Я так счастлива, что скоро тебя увижу.

– Джулия, милая моя, не волнуйся так, пожалуйста. Я люблю тебя. Я тоже извелся без тебя и умираю от тоски. Все будет хорошо. Садись в самолет и расслабься. Я уже еду тебя встречать. Любимая, целую тебя крепко-крепко. До встречи.

Джулия почувствовала, как жизнь возвращается к ней. Уже окрепшим голосом она отозвалась:

– До встречи. Целую. Люблю. – И медленно повесила трубку. Мир снова становился для нее миром, а не тюрьмой. Все теперь казалось прекрасным, исполненным света и покоя. Все, наконец, стало таким, каким и должно быть. Она летит к Франко.

Джулия посмотрела в окно. Самолет оторвался от взлетной полосы и постепенно набирал высоту. Стюардессы разносили напитки. Джулия взяла стакан с минеральной водой, заглянула в него и засмеялась. Казалось, даже в обычной воде таилось теперь то же чудо бесконечного совершенства, что и в ней самой, и во всем окружающем мире… Джулия глубоко вздохнула и с улыбкой закрыла глаза. Теперь она отдохнет.

Глава пятая

Возраст любви

– Я не могла там больше выдержать. Честное слово! Ты можешь считать меня безвольной, слабонервной и какой угодно, но, поверь, никогда еще мне не было так плохо. Эти две недели – самые ужасные в моей жизни, правда, Франко, – повторяла Джулия уже в такси, мчавшем их по автостраде к его дому на побережье. – Теперь я знаю, что совершила ужасную ошибку, уехав отсюда. Мне следовало бы догадаться, чем все это может обернуться.

Франко крепко обнял ее и прижал к себе.