– Позволь спросить, когда ты успела принять решение? – услышала она лукавый вопрос Франко, который с улыбкой наблюдал за ней.

– Пока купалась в море, – пропела Джулия. – Ты удивлен? Не веришь?

– Нет, я всегда знал, что только Юлий Цезарь смог бы тягаться с моей любимой в способности делать несколько дел одновременно.

– Сегодня с тобой невозможно говорить серьезно, – со смехом заявила она. – Бесполезное занятие. Ну и отлично. – Джулия вскочила и набросила халат. – Лучше прогуляемся по пляжу.

Нельзя пропускать такой прекрасный день. Пойду, оденусь. – И она скрылась в спальне.

Выбрав из вещей Франко светлые джинсы и ярко-голубую футболку, Джулия натянула их на себя. Ей доставляло неописуемое удовольствие ощущать одежду возлюбленного на своем теле. В ласковом прикосновении этих вещей к коже было что-то неуловимо-интимное. Она повертелась перед зеркалом и вернулась в гостиную. Франко уже был одет, и они, обнявшись, отправились на пляж.

Теплый день медленно клонился к закату. Тени удлинялись, и песок невысоких дюн, утром цвета слоновой кости, постепенно становился густо-золотым. Мягкий ветер шевелил волосы, а шелест набегающей волны был чуть слышным, как тихое дыхание ребенка. Они молча шли по самой кромке воды, и Джулия не могла оторвать взгляд от окружавшей их красоты. Небо на юге и востоке стало золотисто-зеленым. Белые облачка окрасились розовым. Кругом царил блаженный покой. Джулия всегда любила закатные небеса, рождавшие мечты о чем-то непостижимо-далеком и прекрасном.

Не сговариваясь, они с Франко молча уселись на песок и долго смотрели, как розовость облаков густеет и вспыхивает оранжевым и ярко-алым, как смешиваются в небе оттенки топаза, опала и ультрамарина. В хрустальной тишине над ними зажигались первые звезды. Ветерок доносил ароматы пиний и трав, которые разогретая солнцем земля теперь отдавала.