Жан и его люди работали без устали, перевозя островитян в безопасное место. Дома смыло водой, повсюду плавала мебель, люди в ужасе цеплялись за вывернутые с корнем деревья и обломки мебели, их крики тонули в завываниях ветра.

Но разбушевавшаяся стихия не отпугнула Жана и его людей, и они продолжали обыскивать остров, спасая тех, кого еще можно было спасти.

Ночь спустилась на землю, но Жан все так же оставался в седле и совсем не чувствовал усталости. Его налитые кровью глаза блестели, сердце стучало как молот. Ураган бросил ему вызов, и Жан Лаффит почувствовал, как жизнь возвращается к нему. Он не испытывал страха, а лишь возбуждение и восторг и был готов сразиться со стихией и победить — или погибнуть!

Никогда в жизни Серина не испытывала такого страха. Весь этот долгий ужасный день они с отцом не выходили из дома. Отец заверил ее, что будет небольшой шторм, сильный, но короткий. Она не должна бояться. Но при этом он наглухо закрывал ставни, и она видела тревогу в его ясных голубых глазах.

Серина держала его большую руку в своей и тихо молилась, чтобы беда обошла их стороной. Дом содрогался и стонал под порывами безжалостного ветра, готового разнести стены по бревнышку. А вода все прибывала.

— Серина, — стараясь не выдать страха, обратился к ней отец, — я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня.

— Что, папа?

— Я хочу, чтобы ты поднялась на крышу. Вода уже стоит у самого порога, и уровень ее все поднимается. — Лицо отца было мрачным.

Серина повернула голову и чуть не закричала от ужаса. Вода просачивалась под дверь. Побледнев, она спросила отца:

— А ты поднимешься со мной?

— Да, деточка. Как только ты окажешься в безопасности, я последую за тобой.

Серина кивнула и попыталась улыбнуться. Они направились к двери.

— Подожди, дорогая. — Тейлор Донован отпустил руку дочери. — Стой здесь. Я дам тебе плащ.

И в этот момент дом закачался от очередной волны, ударившей в его стену. Тейлор стоял под одной из потолочных балок. Раздался громкий треск, и тяжелая балка упала, придавив его.