Дамы в вечерних платьях, мужчины в элегантных костюмах, официантки, соответствуя названию комплекса, в костюмах туземок и с цветочными гирляндами на шеях. Все как одна смуглые, словно только сейчас из солярия. Ослепительно улыбающаяся девушка подскочила к Тони — телохранители инстинктивно дернулись, но Оливия сделала им знак не тревожиться — и преподнесла на крохотном подносе бокал шампанского. Тони взял его, улыбнулся, отхлебнул и поставил обратно. Оливия следила за ним, как горный орел за мышью.

На сцене извивалась популярная певица, у барной стойки толпились сотрудники журнала и приглашенные гости, а также особо отличившиеся журналисты из других изданий. Тони не сомневался, что приглашены только те, кто нужен. За этим следили строго.

— Мэтьюс! — раздался удивленный возглас.

Тони обернулся, нацепив на лицо одну из самых благожелательных своих улыбок. Оливия тем временем растворилась в толпе.

— Вот уж не ожидал, что вы заглянете сегодня сюда!

— Решил вас удивить. — Тони крепко пожал руку Алану Бейли, одному из членов совета директоров. Так и есть, старый греховодник решил почтить своим присутствием этот бедлам. Алан любил роскошных блондинок не меньше, чем Тони.

— Как ваш отпуск? Открытки, которые вы нам присылали, просто бесподобны! — хохотнул Бейли. — Мы изрядно повеселились. Но ваше отсутствие было ощутимо. Все-таки три месяца…

— Оливия сочла, что я толком не отдыхал пять лет, и практически силой навязала мне Карибы. Впрочем, я надеюсь, вас развлекли не только мои открытки, но и наша переписка. Кое-что я хотел бы завтра обсудить.

— Да, но завтра — это завтра. Сегодня, думаю, нам всем стоит отлично провести время. — Алан глотнул виски из пузатого стакана. — Боюсь, теперь, когда вы так неожиданно почтили нас своим присутствием, вам не отвертеться от торжественной речи.

— Вы же знаете, как я люблю выступать на публике, — усмехнулся Тони.