Оливия уже стояла на сцене у микрофона — она показалась Тони рубином в драгоценной оправе световых эффектов. Мэтьюс остановился у лесенки, ведущей на сцену, и кивнул ассистентке. Та махнула музыкантам, мелодия благополучно сошла на нет, и присутствующие начали поворачиваться в нужную сторону. Оливия ждала, когда стихнут разговоры. Наконец, посчитав, что установилась достаточно благопристойная тишина, миссис Хедж произнесла глубоким, отлично поставленным голосом:

— Добрый вечер, уважаемые сотрудники журнала «Тонус» и гости вечера! Мы надеемся, что праздник, который вы действительно заслужили, по-настоящему вам нравится. — Оливия сделала паузу, дождалась одобрительных выкриков из толпы и продолжила: — В свою очередь мы решили преподнести небольшой сюрприз. Тони Мэтьюс, глава корпорации «Мэтьюс лимитед», полтора часа назад вернулся в Нью-Йорк. Я отговаривала его, но он сказал, что не может вас не поздравить. Прошу, Тони.

— Оглохнуть можно, — пробормотал Мэтьюс, поднимаясь на сцену под шквал аплодисментов. Впрочем, аплодировали ему не зря: несколько лет назад именно его идеи и идеи Редда, лучшего друга и заместителя, вытащили этот журнал из полной задницы. Так что неудивительно, что теперешние сотрудники радуются отличной зарплате. Люди любят аплодировать за деньги.

Оливия отступила на шаг назад и тоже несколько раз хлопнула в ладоши. Тони остановился у микрофона, шум аплодисментов мгновенно стих. Условный рефлекс, напомнил себе он. Будете слушать начальство — вам дадут банан.

— Черт, здесь прохладнее, чем на Карибах. —