Когда Элин приехала в Медоулэндз, на душе у нее по-прежнему было неспокойно, и только известие, что Тони неожиданно надумал заглянуть туда, помогло ей отвлечься. Она не видела его с самого Рождества и очень соскучилась. Она всегда скучала по нему, ей очень его не хватало, но рассудок подсказывал ей, что она не должна слишком часто его видеть… Если она себе это позволит, то не сможет обходиться без него, подобно тому, как мужчины не могут обойтись без карт и рома. Привыкнув, что он рядом, она может не захотеть оставаться одна. Вот потому она разрешала себе наслаждаться его компанией изредка, просто для того, чтобы немного приободриться.

Сегодня Элин нуждалась в том, чтобы ее развеселили. Сколько ни убеждала она себя, что в Энсли-Холле все будет в порядке, что Жилли сумеет за себя постоять, ее все же не оставляли самые дурные предчувствия. Что-нибудь неприятное непременно произойдет, и их мирной и приятной жизни наступит конец.

— Вот так переполох, — прокудахтала миссис Рафферти, умещая свое грузное тело на маленькой кухонной табуретке. В другое время и в другом месте Жизлен, пожалуй, удивилась бы, как выдерживает табуретка подобный натиск. Но только не сегодня.

— Да уж, — поддакнул Уилкинс, старший дворецкий, — никак в толк не возьму, как может такое твориться в доме у джентльмена.

Жизлен заставила себя вступить в разговор:

— В доме у леди, — нехотя произнесла она, только потому, что от нее этого ожидали. — Это дом леди Элин.

Двое старших слуг явились к ней в кухню, разрешив подчиненным разойтись по своим делам, и у Жизлен появилось странное чувство, что они собрались здесь как трое заговорщиков. Но это было не так, ей предстояло действовать в одиночку. Как обычно.

— Просто ужасно, — продолжала миссис Рафферти с неодобрением. — Если такой человек даже просто умрет здесь в постели, это… неприлично, — вот что я скажу.