- Когда-нибудь, Доминик, - и это мое искреннее желание, - ты влюбишься в молодую леди, которая сведет тебя с ума. Я надеюсь, что она заставит тебя побегать за ней и твое безграничное самодовольство поубавится. Запомни мои слова, дорогой. Рано или поздно это случится, помяни мои слова.

Со смехом прощаясь, Доминик сказал:

- Все ругаешься, Леони? Но подумай, каково тебе будет узнать, что мое сердце разбито.

- Зато это пойдет тебе на пользу, - ответила Леони.

Глядя на брата, Доминик пожаловался:

- Ты недостаточно часто ее наказываешь, Морган. Тебе разве не говорили, что женщина, особенно с острым языком, нуждается в твердой руке?

Морган улыбнулся и, притянув к себе Леони, заметил:

- У меня свои методы. А теперь я намерен поцеловать жену, и если ты не хочешь оказаться свидетелем столь интимной сцены...

Доминик, улыбаясь, разглядывал стоявшую перед ним пару: голова Леони склонилась на широкое плечо Моргана, а тот нежно полуобнимал ее плечи.

- Бесстыдники. Называется уважаемая женатая пара. - Он вышел, улыбаясь, и бесшумно закрыл за собой дверь.

Когда Доминик шел по широкому коридору в главную часть дома, он вдруг понял, что завидует. И завидует по-настоящему.

***

Несмотря на ранний час, Морган был уже на галерее, допивая последнюю чашку кофе и раздумывая, с чего начать трудовой день плантатора.

Галерея была приятным местом, и семья любила проводить там время. Здесь стоял большой стол и несколько стульев с яркими подушечками на них. Отсюда сквозь деревья была видна Миссисипи, а за ней - зеленые лужайки с мшистыми дубами, магнолии, усыпанные большими белыми цветами.

Поздоровавшись, Доминик налил себе кофе из серебряного кофейника и взял еще теплую булочку.

- Относительно того жеребца, о котором ты вчера говорил. Что конкретно сказал о нем Джейсон?

- Что эта лошадь - самое красивое и сильное животное из всех, которых он когда-либо видел.