Он знал Аретту с детства — их родители дружили. Бенджамин прекрасно помнил день, когда впервые увидел трехлетнюю малышку в белом кружевном платьице.

— Поиграешь с ней? — спросили у него.

— Да ну! Во что можно играть с девчонкой! — отозвался он, одиннадцатилетний, торопясь к машинкам и роботам.

Но годы шли, девчонка росла. Когда ей было семнадцать, а ему двадцать пять, он приехал в гости к Льюисам и вдруг… Он посмотрел на Аретту совсем другими глазами. Увидел, в какую красавицу превратилась та самая малышка.

Она стояла тогда перед зеркалом, расчесывая длинные рыжие волосы. Кажется, собиралась с подругой в клуб. Стройная, загорелая, с чувственными губами и выразительными зелеными глазами.

— Привет, — дружелюбно сказала она.

И Бенджамин испугался. Испугался, что может влюбиться в нее. Она же несовершеннолетняя, увещевал он себя. И благоразумие победило.

Пока вместе с семьей гостил в доме Льюисов, он старательно избегал встреч с юной Ареттой. А потом, во избежание рецидивов, вообще зарекся ездить в Остин.

Однако прошло еще несколько лет, и судьба вновь свела Бенджамина и Аретту. Теперь они встретились в Нью-Йорке. Бен к тому времени жил здесь уже достаточно долго, а Аретта приехала, потому что с детства мечтала покорить Большое Яблоко. Родители подарили ей квартиру на Манхэттене. И, разумеется, первое, что она сделала, въехав в нее, это позвонила старому знакомому — Бенджамину.

С тех пор они виделись достаточно часто. Ходили друг к другу в гости, в кино, на вечеринки. Общались как друзья, но…

Бен почти сразу понял, что испытывает к Аретте нечто большее, чем просто дружескую симпатию. Он долго не желал в это поверить, но однажды собрался с духом и признал факты. Случилось то, чего он так испугался, когда несколько лет назад увидел рыжеволосую девушку, стоящую у зеркала.