Она встала с дивана, чувствуя слабость во всем теле. Ее продолжал колотить озноб. Кажется, она действительно заболела после прогулки под дождем. Что ж, неудивительно.

— Да, я понимаю тебя, это ужасно. — Итон поднялся с колен, но теперь старался держаться на некотором расстоянии от Аретты, как она и хотела. — Хотя ведь даже осужденному на смерть дают последнее слово!

Аретта промолчала. Она подошла к окну и распахнула тяжелые бархатные шторы. Затяжной ливень наконец-то прекратился. Тучи распались на многочисленные мелкие облака, а умытое солнце радостно играло лучами в лужах на асфальте.

Наверное, самолет Бенджамина уже поднялся в воздух, подумала Аретта. Жаль, что я не послушалась его, когда он отговаривал меня от этого замужества. Бенджамин оказался прав. Итону нельзя было доверять. Он предал меня и будущего ребенка при первой же возможности…

Она вздохнула. Ну почему она не придала значения предупреждениям Бена?

— Как ты намерена поступить? — спросил Итон. — Со мной, с нашим браком, с нашим сыном?

Аретта посмотрела на него, и он отметил, что на ее щеках горит нездоровый румянец.

— Что? Неужели ты вспомнил о нашем ребенке? — негромко переспросила она.

— Я всегда помню о нем, — неуверенно произнес Итон.

Он очень волновался. Конечно, ведь его планы стремительно рушились. Как обидно… Только накануне он договорился с отцом Аретты о том, чтобы пустить часть денег на новый проект. Если все сложится удачно, он принесет невиданный доход. А теперь? Что будет, если старик узнает, что зять изменяет его дочери? Вряд ли тогда он захочет иметь с ним какие-либо дела…

И все из-за какой-то глупости! Ведь он говорил Марии, что сегодня не стоит встречаться. Но эта чертовка так настаивала, так соблазняла его по телефону рассказами, что именно готова сделать с ним при встрече…

Похоть. Его неуемная похоть виновата во всем. И невнимательность к нюансам — ну почему он не запер входную дверь?!