И другие послушницы нередко пользовались Этим, прячась в нишах монастырской стены в тот момент, когда нужно было вынести помойные ведра или собрать грязное постельное белье и оттащить его в прачечную. Увы, многие порой отлынивали от работы — но только не сестра Марта. И в глазах сестры Бригитты сестра Марта была и Девой Марией, и матерью-настоятельницей в одном лице. Бригитта испытывала перед ней благоговейный трепет и даже страх, но в то же время, видя в ней своего кумира, превратилась в самую преданную ее защитницу.

Заметив, что Марта начинает успокаиваться, сестра Бригитта пнула носком башмака камешек, и он со стуком покатился по вымощенной плитами дорожке; таким образом Бригитта неуклюже попыталась предупредить Марту о своем приближении. Бригитта знала, что Марте не хотелось бы, чтобы кто-нибудь застал ее в таком состоянии.

— Марта! — тихо окликнула Бригитта девушку. И тут же добавила: — Вот вы где!

После чего медленно двинулась к коленопреклоненной Марте.

Когда Марта поднялась и обернулась, в глазах у нее не было слез. Она улыбалась совершенно спокойно. Взор ее был светел и чист.

Сестра Бригитта торопливо объяснила:

— Я вас ищу. Мать-настоятельница послала меня за вами. У нее отец Хоуи.

— О, — выдохнула Марта. — В таком случае, будь добра, возьми Эти цветы. Сестра Долорес попросила меня нарвать бледно-желтых нарциссов для лазарета.

Она протянула букет сестре Бргитте, и быстро зашагала по дорожке.

— Марта? — Сестра Бригитта догнала девушку и легко коснулась ее руки.

— Да? — откликнулась та, удивляясь. Выражение лица Марты не располагало к изъявлению сочувствия, и сестра Бригитта отступила.

— Нет, ничего… — с запинкой ответила она. — Я только хотела спросить, увидимся ли мы позже в лазарете.

— Да, разумеется, — ответила Марта, спеша своим путем.

Она видела, с каким любопытством смотрит на нее юная послушница, однако не собиралась ничего ей объяснять. Марта не сомневалась, что все монахини с жаром обсуждают ее вчерашний поступок. Еще бы! Сестра Марта — послушница, которую никогда ни в чем нельзя было упрекнуть, — выбежала из храма, словно за ней гналась свора адских псов.