— Эх, братец, — с вздохом произнесла сестра, — никто не видит, что делается за спущенными шторами, а при свете — улыбайся, девочка!

— Верно, — задумчиво откликнулся Тед, — вот почему я до сих пор не женат. Но похоже, счастливые браки все же существуют.

— Конечно, и за примером далеко ходить не надо — наши Бэлленджеры. И дня не могут прожить друг без друга. Гуляют по главной улице, взявшись за руки, — улыбнулась уголком рта сестра, — а ведь недавно серебряную свадьбу справили. Завидую я им. Да и не только я.

Тем временем группа людей в черном медленно вышла из ворот кладбища и направилась к машинам.

— Честно говоря, не волнуют меня эти Бэлленджеры! — пробормотал Тед, вытащил Новую сигарету и со злостью взглянул на женщину, чье лицо закрывала густая вуаль. — Смотри-ка, за вуалью спряталась! Боится, как бы тетушка не заметила, какая невестка бесчувственная.

— Циник! Грубиян! Нельзя же так, Тед! Да-а, удивляться не приходится, что ты до сих пор в бобылях ходишь, — грустно произнесла сестра, — — верно люди говорят: не родилась еще женщина в южном Техасе, что полюбит тебя.

— Да у нас тут не на кого глаз положить! — хрипловато, с южным акцентом произнес Тед.

— Н-да, а тем более — на Корин Тарлтон. Чувствуется, ты ее терпеть не можешь. Вбил себе в голову, что она плохая, но это вовсе не так.

— Вижу, вижу, сестренка, ради друзей ты в лепешку расшибешься. Альтруистка! А я не верю, что эта «веселая вдова» на самом деле глубоко скорбит о муже. Да ты приглядись, приглядись!

— Ты жесток, Тед.

Но Тед стоял на своем:

— Да ты, видно, забыла, сколько я перестрадал из-за нее?

Сэнди вздохнула. Еще бы! Она-то отлично помнила: Корин — первая серьезная любовь брата. Как он высох, похудел тогда! Вспомнить страшно! Ходил сам не свой. Он был не на шутку увлечен Корин. Но подавил, загасил в себе это чувство: счел, что разница в возрасте — непреодолимое препятствие для счастья.