– Он служил викарием в Тиллсдене, что в графстве Мидлсекс, последние двадцать лет своей жизни, миледи. Умер три года назад. Мама скончалась на четыре года раньше его.

– У вас есть братья или сестры?

– Был брат, миледи, на три года старше меня. Он служил корабельным гардемарином под началом лорда Нельсона и погиб в 1805 году в битве при Трафальгаре.

Леди Таррингтон взяла письмо с маленького столика и сверилась с ним.

– После смерти отца вы жили у родственников в Лондоне, – сказала она. – Интересно знать, почему вы отказались от их покровительства?

Памела помедлила с ответом. Пожалуй, не стоит рассказывать этой пожилой леди о том, как обстояли дела на самом деле. Конечно, после смерти отца она была преисполнена благодарности, когда Ханна Малстед, дальняя родственница, с которой она виделась всего один раз, предложила ей кров, добавив при этом, мол, не возьмет ли она на себя заботу о четырех дочерях Малстед? Памела с готовностью согласилась. По прошествии времени она поняла – единственное, чем руководствовалась Ханна, приютив ее у себя, – это возможность заподучить гувернантку без необходимости платить жалованье, но она, возможно, смирилась бы и осталась там, если бы не муж Ханны, Генри. Толстый и тусклый, он постоянно домогался ее… Исподтишка, конечно. Нет, она ни за что не расскажет об этом леди Таррингтон.

– Я всегда жила в деревне, сударыня, – ответила она после непродолжительной паузы. – И не смогла привыкнуть к Лондону. Кроме того, мне не особенно было по душе, когда мне давали понять, будто я живу их милостями.

Леди Таррингтон помолчала.