Когда джентльмена перенесли наконец в маленькую комнатку с низким потолком и уложили на кровать, Аманда склонилась над ним и тревожно взглянула в его бледное лицо. Он по-прежнему казался ей удивительно красивым, но его красота была холодна и неподвижна. Черты лица безупречны, но безжизненны, как у мраморной статуи. Аманда вдруг подумала, что он может умереть, и очень испугалась. Пока его тащили наверх по крутой узкой лестнице, он не проявлял никаких признаков жизни.

– Господи, до чего же он изможден, – сочувственно заметила миссис Бин и повернулась к Аманде: – А где же камердинер его сиятельства?

– Он… ему вдруг стало нехорошо, когда мы выезжали из дома, – с ходу придумала отговорку Аманда. – Внезапный жар. Мой муж очень добрый человек, поэтому он предпочел одеваться самостоятельно, чтобы не вынуждать несчастного слугу отправляться в длительное путешествие.

– Что ж, это говорит о том, что ваш муж действительно великодушный человек, – хмуро и недоверчиво отозвалась миссис Бин, считая такую заботливость явно чрезмерной. – Но теперь, когда ваш муж не в состоянии ни одеться, ни раздеться сам, это придется делать вам.

– Мне? – В глазах у Аманды потемнело, и она схватилась за столбик кровати, чтобы не упасть.

– Конечно, миледи. Не думаю, что будет разумно оставить его в этой грязной, промокшей насквозь одежде. Если поторопитесь, то успеете раздеть его и укрыть одеялом к тому моменту, как я приготовлю горячий ужин. – Хозяйка направилась к двери. – Я покормлю ваших слуг, прежде чем они отправятся спать на конюшню. – Тео, Джо и Харли в это время испуганно заглядывали в комнату через приоткрытую дверь, не решаясь войти. – Я велю горничной принести сюда побольше дров и подать вам ужин, – проговорила миссис Бин уже на пороге.