– Не отдам! – паж вцепился в платок и отскочил.

Старуха швырнула наземь вещички пажа и погналась за ним. Но парнишка был быстрее, да и немудрено – в девятнадцать-то лет.

– Сходишь со мной в замок – отдам! – обещал он, уворачиваясь.

– Да не могу я в замок! – взмолилась ведьма. – Нельзя мне вообще с болота выходить!

– Почему, бабушка?

– Нельзя – и все тут! Думаешь, почему Березовые ворота болото на запоре держат? А?

– От кого же ты бережешься?

– А-а... – И бабка махнула рукой.

– Бабка, бабулечка, бабуся моя ненаглядная! – запричитал хитрюга паж. – Ты только сходи со мной в замок, помоги отсушить чужую присушку! А я тебя в обиду не дам! Вот увидишь Ты только скажи, от кого прячешься! И пусть он сразу гроб заказывает!

– Ну, скажу я тебе, что лучше бы мне на глаза не попадаться великому магу Маргарелону. А-а, молчишь? Поди сладь с магом Маргарелоном! Так что забирай-ка ты, внучек, свои штаны и отдавай мне платок, домой побегу. Ведь если он почует, что в моей ограде щелка завелась, – проскользнет, и будет мне тогда плохо.

– Значит, ты, бабушка, только на болоте в безопасности? – спросил паж, понемногу отступая с опушки через поляну к дороге.

– Только на болоте.

– И что же ты такого натворила?

– Ох, внучек... – ведьма громко вздохнула.

– Да, бабушка... – вздохнул и паж. – Мне бы теперь коня найти. Спасибо тебе, что хоть старалась помочь. Видно, рыжим на роду неудачи написаны.

– Да уж, – ведьма поглядела на спутанную шевелюру пажа и хмыкнула, от твоих волос огонь в очаге разводить можно, или, к примеру, пушечный фитиль запаливать. Неудивительно, что молодая графиня на смех тебя поднимает. Послушай, а не покрасить ли мне тебя? Могу прекрасный темно-русый цвет изготовить. И денег не возьму.

– Нет, бабка, так еще хуже будет, – подумав, решил паж. – Меня все крашеным прозовут и засмеют. За крашеного-то она уж точно не пойдет!