– Вы шутите! Я хорошо знаю цены на недвижимость…

Он нетерпеливым жестом остановил ее.

– Все меняется. Это развитой промышленный район, и новая дорога сделает его более доступным. Вы даже сможете повысить цепу, играя на интересе потенциальных покупателей…

– Но... откуда вам все это известно? – спросила Доминика после паузы.

Энгус в ответ только усмехнулся:

– Я тщательно собираю такого рода информацию.

– А вам самому случайно не требуется лишняя площадь в этом районе?

– Нет, Доминика, не требуется. Иначе неужели я стал бы вас консультировать?

Они посмотрели друг на друга – она напряженно, он насмешливо. Наконец Доминика проговорила смущенно:

– Я все-таки не совсем понимаю, зачем вам потребовалась информация о складе. Вы ведь покупаете только «Лидком-Плейс».

Энгус ответил не сразу:

– Это связано некоторым образом с суммой, в которую он мне обошелся.

– Но вы сказали… – ее голос дрогнул, – что заплатили цену, которую считали реальной.

– Да. Принимая во внимание все обстоятельства.

Ее замешательство мгновенно сменилось презрением. Он определил это по ее глазам и брезгливо поджавшимся губам. Она еще не успела заговорить, а он уже знал, что она собирается сказать.

– Это неслыханно! Вы, кажется, гордитесь тем, что воспользовались нашим отчаянным положением?

Он пожал плечами.

– В жизни временами приходится поступать по закону джунглей. Но если вы послушаетесь моего совета по поводу склада и если часть доходов разместите согласно моим предложениям, ваша матушка будет полностью обеспечена. Она даже сможет вести привычный образ жизни.

Доминика судорожно вздохнула, борясь с бурлившим в груди негодованием. Но что, если он прав? – подумала она вдруг. Ее мать нуждалась в помощи. Да, иногда Барбара Харрис была особенно непрактична, частенько с ней случались и приступы снобизма, словно за ее плечами по-прежнему маячило огромное состояние ее предков. Но видеть ее несчастной было решительно невыносимо.