— Спасибо, этого достаточно, — сказала она, сверяясь с бумагами. — Что ж, я вижу, вы любите путешествовать. Почему сейчас выбор пал на Канзас-Сити?

Хэнк пожал плечами.

— Вообще-то моя мать родом отсюда. К тому же меня привлекла солидная репутация компании «Краун».

— Так у вас родственники в Канзас-Сити? — Элизабет взяла карандаш и что-то быстро записала.

— Вполне возможно, но я ничего о них не знаю.

— Не знаете ничего о родственниках? — удивилась она.

— Я понимаю, это звучит странно. Дело в том, что моя мать потеряла связь с родными еще в молодости. По правде говоря, я никогда не слышал, чтобы она рассказывала о ком-нибудь из них. Отец тоже не любил разговаривать на эту тему.

Семья никогда не значила много для Хэнка. Он привык жить один в течение десяти лет и никогда не стремился обзавестись домом. Хэнк не был создан для семьи. У него не имелось ни постоянного адреса, ни почтового ящика, и он не собирался ничего менять. К тому же он помнил, как страдала от бесконечных переездов его мать.

— Ваша мать живет в Нью-Мексико? — спросила Элизабет, пытаясь привлечь его внимание.

— Она умерла, когда мне было десять лет.

— Я сожалею. — В ее голосе звучало сочувствие.

— А у вас есть семья? — поинтересовался Хэнк.

— Да, — кивнула она, — только отца нет. — В глазах мисс Эдвардс Хэнк заметил грусть.

Мама часто говорила, что глаза — зеркало души. Но в этой женщине его интересовала не только душа.

— Ну что ж, Джанин подготовила все документы, — произнесла Элизабет. — Мы будем сотрудничать в течение всего лишь двух недель, поэтому необходимо приступить к делу прямо сейчас. Обычно мы работаем с клиентами целый месяц. В вашем случае нужно поторопиться и сосредоточиться на главном. Вместо двух-трех часов нам придется работать почти весь день, захватывая вечера. Я надеюсь, вы выделите на это время?