За спиной она услышала насмешливый голос своего мучителя:
— Все убегаешь, Клаудия? Всю жизнь?
— Я тебя ненавижу! — закричала она. Губы ее дрожали.
— Взаимно, дорогая. Тем не менее я приехал поговорить о Натали и отступать не намерен, — сказал он, подчеркивая каждое слово.
Клаудия вздрогнула. Что он с ней делает? Он же убьет ее!
— Натали умерла! — выкрикнула она. — Умерла… — повторила она. Ее голос упал до шепота.
— Не сомневаюсь, что ты предпочитаешь так думать. Очень удобная позиция, — презрительно отчеканил Тайлер.
Сердце у Клаудии снова бешено заколотилось. С ужасающей медлительностью смысл его слов наконец дошел до ее потрясенного сознания. Она слегка повернула голову, не смея поверить.
— Что… что ты имеешь в виду?
— А как ты думаешь, что я имею в виду? — передразнил он ее, отпуская.
Клаудия повернулась к нему.
— Черт тебя побери, прекрати издеваться надо мной! Откуда такая жестокость? Раньше ты был другим. Натали умерла. Уж я-то знаю. Ведь это я убила ее…
Тайлер застыл на месте. При виде слез, струившихся по ее бледному лицу, его глаза сузились.
— Ничего подобного. Натали жива.
У Клаудии перехватило дыхание. На лбу выступил холодный пот, перед глазами заплясали черные точки. Пробормотав что-то нечленораздельное, она пошатнулась и провалилась в бездонную пропасть.
Сознание медленно возвращалось к ней. Она застонала, выбираясь из темноты небытия и изо всех сил пытаясь вспомнить, где она и что с ней случилось. Кто-то легонько шлепнул ее по щеке, и она снова застонала. В ту же секунду чья-то рука приподняла ее голову и прижала к губам холодный стакан. Знакомый голос приказал ей пить. Она послушно глотнула и закашлялась. Коньяк обжег горло, и через секунду бодрящее тепло разлилось по ее телу.