Стрела попала в цель. Клаудия поежилась при напоминании о нелепом ночном приключении. Это произошло вскоре после ее возвращения в Италию. Ее тогдашняя бесшабашность граничила с безумием. Сколько диких, необъяснимых поступков она совершила от отчаяния! Во время какой-то особенно буйной вечеринки, длившейся всю ночь, ей пришло в голову искупаться в одном из самых больших фонтанов Рима, что она и сделала — прямо в одежде. Мокрое платье облепило ее фигуру, подчеркивая соблазнительные формы. Да-а, зрелище, вероятно, было весьма впечатляющим… К несчастью для нее, откуда-то появился фотограф и, естественно, не преминул воспользоваться случаем. На следующий день ее фотографии появились во всех газетах. С тех пор проклятые «рараrazzi» неотступно преследовали ее и с религиозной истовостью сообщали читающей публике о каждом шаге Клаудии. И хотя она не позволяла себе больше подобных выходок, ее репутация была безнадежно испорчена. Конечно, это было неприятно, но из гордости она делала вид, что ей все равно и сплетни газетчиков ее нисколько не волнуют. Клаудия ослепительно улыбнулась Тайлеру:
— Тебе придется подождать до завтра. Не забудь купить утренние газеты.
— Спасибо, я обойдусь. В последнее время ты повторяешься, дорогая. Не пора ли придумать что-нибудь новенькое, разнообразить репертуар, так сказать? Или я ошибаюсь и прежние забавы тебе уже прискучили? Не потому ли ты увлеклась автомобильными гонками? Я видел, как ты неслась на сумасшедшей скорости, словно сам дьявол преследовал тебя. Ищешь новых острых ощущений? Ты водишь машину так, словно завтра никогда не наступит. Сам того не зная, Тайлер попал в точку. Улыбка исчезла с лица Клаудии, она отвела взгляд от его горящих негодованием глаз, словно бросавших ей вызов, и, опершись на парапет, посмотрела на спокойную гладь моря.
— Завтра, завтра, завтра, — безжизненно повторила она. Кажется, есть такая песенка… Череда бессмысленных, пустых дней… — Ты что, боишься, что я разобьюсь, врежусь в скалу? Не бойся. Судьба уготовила мне другую участь, — пробормотала она, ощущая на себе его пристальный взгляд.