Автомобильный гудок под окном разбудил ее. Полумрак незнакомой комнаты, незнакомая кровать и, что самое незнакомое, – лежащее рядом с ней тело. Она чувствовала на себе тяжесть мужской ноги, вес твердой мужской руки у себя на груди. Осторожно повернула голову. Тут она все вспомнила и удовлетворенно потянулась, ощущая непривычную податливость своего тела. Над комодом из орехового дерева висело огромное зеркало в резной раме; в нем отражались кровать и на ней две фигуры – спящий мужчина и вполне проснувшаяся женщина. «Как же прекрасно это было! – с восторгом подумала она.

Одно лишь воспоминание возбудило в ней приятную дрожь. Все происшедшее оказалось для нее не первой ночью с любовником, а первым настоящим сексом в ее жизни. Ничто из пережитого с Дереком не подготовило ее к такому мужчине, как Брэд Брэдфорд, к тому, что он делал с ней, что заставлял ее чувствовать так глубоко и сильно. Верно, Дерек был никудышным любовником, он и представления не имел о настоящем сексе. Ей не повезло, что первый ее мужчина оказался не тем, кто ей нужен. Теперь же настоящий мужчина превратил ее в женщину, открыл в ней то, о чем она и не подозревала. «Что же, – подумала она, – я всегда была способной ученицей».

За эту ночь, к примеру, Джулия узнала о себе – за сколько? три-четыре часа – больше, чем за все предыдущие двадцать шесть лет. Если бы ее раньше спросили, знает ли она себя, она бы вполне честно ответила: да, знает, она всегда умела об этом позаботиться. Но теперь она поняла, что это неправда. Что ее вера в себя оказалась хрупкой и этой ночью сломалась. Та Джулия Кэрри, которая все это проделывала, – это, и еще кое-что – не была похожа на другую Джулию, которую она, как ей казалось, прекрасно знала. Но ни одна из двух Джулий не удивлялась и не стыдилась, они обе просто лежали рядом с довольным выражением на лицах. Она мысленно показала обеим язык, но в этот момент почувствовала, что тело Брэда изменилось, оно уже не было мягким, но стало твердым и горячим и прижалось к ней.