И вдруг девушка, к его ужасу, остановилась и сорвала розу.

Вот это уже никуда не годится! Гай не возражает, когда кто-то гуляет среди его роз, но ему не нравится, когда кто-то их трогает. Что она будет делать дальше? Удовлетворив свой каприз, бросит розу на землю и наступит на нее?

Он быстро подошел к незнакомке:

— Прошу прощения!

Женщина подняла голову.

— Прости, мне надо идти. Я позвоню тебе позже, — сказала она в телефон, выключила его, а потом рассеянно улыбнулась Гаю: — Извините. Вам что-нибудь нужно?

Он указал на розу в ее руке:

— Вам не кажется, что сначала нужно было спросить разрешения?

Женщина нахмурилась:

— Она красивая, и… цветы для всех! Не думаю, что Элли и Хэв будут сердиться из-за того, что я сорвала одну розу, чтобы поставить у себя в комнате.

— Этот сад принадлежит не им, а мне, — заметил Гай.

— О! — Женщина покраснела, и ее щеки стали такими же розовыми, как цветок в ее руке. — Ну что ж… В таком случае прошу прощения. — Она пожала плечами и обезоруживающе нежно улыбнулась. — Мне кажется, теперь уже поздно спрашивать разрешения.

Она подняла очки высоко на лоб, и Гай почувствовал, как его тело напряглось. Ее глаза оказались вовсе не голубые, а темно-карие и очень, очень большие. И она, в отличие от Веры, почти не употребляет косметику. Только немного губной помады. Да ей и не надо! Эта женщина принадлежит к числу самых красивых созданий, которых Гай когда-либо видел в жизни.

И конечно, она знает, как хороша, потому что чуть-чуть склонила голову, чтобы понюхать розу, и подняла на него глаза. Идеально кокетливая поза — в стиле его бывшей жены.

— Действительно, удивительно нежный аромат, — сказала женщина.

Он это знал. Только больше не чувствовал его. Только что-то, вроде призрака аромата, скорее воспоминание, чем ощущение. А воспоминания ему недостаточно.