Она помнит все — все, словно это было вчера. На его великолепной фигуре безукоризненно сидел серый шелковый костюм. Белоснежная рубашка с темным галстуком резко контрастировала с его загорелым лицом. Все на нем вплоть до сделанных на заказ ботинок из дорогой кожи говорило о его богатстве. Когда Мария представила его, Хэлин должна была бы заметить, что тут что-то не так.

— Хэлин, это Карло Манзитти, — она слегка запнулась, — Компаньон моего брата по яхт-клубу. — Повернувшись к нему, она добавила:

— Хэлин, моя падчерица.

— Хэлло, синьор Манзитти, — только и смогла произнести Хэлин, потрясенная ощущением его горячей ладони на своей руке.

Он наблюдал за ней, развлекаясь ее очевидным смущением и отдавая себе полный отчет в том эффекте, который производят его мощные чары на женскую половину человечества.

— О, прошу вас, зовите меня Карло. Оставим ваши английские церемонии. — Он улыбнулся. — А я буду звать вас Хэлина. Уверен, мы станем друзьями, очень хорошими друзьями, — произнес он по-английски с едва уловимым акцентом.

Хэлин так и не заметила, как они оказались в кафе за столиком. Ее рука все еще горела от его прикосновения, и единственное, что владело ее сознанием, — это звуки голоса Карло, быстро говорившего по-итальянски.

В тот миг, казалось, что их было только двое на всем белом свете. Шум и суета вокруг исчезли. Они как бы согласились и заключили между собой договор о чем-то неясном, непостижимом. Он протянул свою сильную руку и накрыл ее ладонь, лежавшую на столе. Его темнокудрая голова склонилась к ее…

— А вот и наш кофе. — Голос Марии разорвал невидимую нить взаимопонимания между ними.

Хэлин отдернула руку, будто ощутила ожог. Она, наверное, сходит с ума, воображая разные странные вещи. С чего бы такой роскошный мужчина, как Карло, заинтересовался ей? У него и без того хватает женщин, в чем можно было убедиться, просто бросив взгляд на другие столики. Казалось, на него пялят глаза все до одной посетительницы.