– Да, могу. Посылка была адресована мне как главному редактору «Реджистер». Внизу под адресом стояла пометка «Лично».

– Как была доставлена посылка? – задал следующий вопрос Далтон.

– Пришла с утренней почтой.

Далтон облегченно вздохнул и посмотрел на Маккомиса.

– Вот помощь, в которой вы нуждались, шеф. Вам не нужны собственные эксперты. Раз посылка была отправлена по государственной почте, это дело федеральных властей. В соответствии с законом вы должны известить почтовое ведомство США и ФБР, и тогда получите помощь.

Лицо Маккомиса прояснилось – исчезли морщинки на лбу и разгладилась складка возле губ.

– Что ж, вы правы.

– Черт, – скривился шериф. – Только парней из ФБР нам не хватало.

– Ну, джентльмены, – раздался сзади голос доктора, вернувшегося с креслом-каталкой для Фэйф. – Надеюсь, вы выяснили все, что хотели, потому что время посещения истекло. Моника, отвези Фэйф в четвертую палату.

Далтон нахмурился.

– Но вы же сказали, что с ней все в порядке.

– Да, это так, – заверил его доктор. – Ей нужно провести здесь еще ночь, чтобы полностью восстановиться после шока.

«Ее не радует перспектива провести ночь в больнице», – отметил Далтон, взглянув на Фэйф.

– Прошу вас, джентльмены.

Красноречивым жестом Моника указала на дверь, но прежде чем ей удалось выдворить Далтона, Маккомиса и Йэтса, дверь распахнулась и в палату ворвался еще один посетитель.

– Фэйф! – Молодой человек около двадцати шести лет, с длинными каштановыми волосами и горевшими беспокойством карими глазами, едва не сбил с ног медсестру. – Фэйф, что с тобой? Что случилось?

– Мне очень жаль, Дэвид… – начала было Моника, но Фэйф остановила ее.

– Не прогоняй его, Моника. – Она повернулась к доктору Хинтону. – Не могли бы вы дать мне еще минутку? Мне необходимо поговорить с Дэвидом.

– Вижу, наша больная настроена решительно, – мрачно заявила Моника. – Если вы не повесите на двери ее палаты табличку «Никаких посетителей», она будет работать всю ночь.