— Это большая щедрость, ваше величество, — сказала мисс Перри. — Я передам ваше распоряжение в гардеробную. — Тут она взглянула на Андору, давая ей понять, что нужно поблагодарить королеву, но Андора стояла молча.

— И о чем же ты думаешь? — спросила Елизавета.

— Я думаю, — с благоговением сказала Андора, — что я сейчас впервые поняла, почему мой отец и другие мужчины готовы умереть за вас, ваше величество.

Елизавета тронула рукой плечо Андоры.

— Спасибо, милая, — сказала она. — Но теперь надо, чтобы люди не умирали, а жили для меня. — Она говорила совершенно искренно, но через минуту уже внимательно рассматривала себя в большом овальном зеркале. — Как вы думаете, мисс Перри, — спросила она, — мне идет это платье? Ему оно нравится?

— Я думаю, ваше величество, что лорду Эссексу нравится все что вы носите. Он видит женщину, а не одежду.

— Вздор! — резко сказала королева, ничуть не польщенная комплиментом. — Для женщины одежда — это все, как заметила эта девочка. Надень я сейчас ее платье кто посмотрел бы на меня? Вы думаете, что их сердца так же трепетали бы и дыхание прерывалось? Нет! Я знаю об эффекте, который произвожу. Я достаточно умна, чтобы понимать, что именно это оттачивает их клинки, заставляет их бесстрашно сражаться и приносить мне трофеи с захваченных кораблей и тела моих поверженных врагов.

Андора была очарована. Она никогда не думала, что женщина может быть такой. Королева была как ртуть, и при этом в ней было подлинное величие и достоинство. Каждый оттенок ее голоса, каждое движение ее рук были прелестны, грациозны, ни с чем не сравнимы.

Внезапно раздался стук в дверь. Елизавета отвернулась от зеркала.

— Посыльный! — сказала она. — Наконец-то!

В комнату вошел паж и преклонил колено, вручая письмо на золотом подносе. Королева схватила его, быстро прочла, и лицо ее омрачилось.