- Похоже, ты и в самом деле очень обеспокоен. - Тони помолчал, прежде чем решился задать вопрос, который не позволял себе задать в последние десять месяцев. - А что из себя все-таки представляет этот RU-2?

Ной покачал головой:

- Тебе не стоит соваться в это.

- Я бы не стал расспрашивать только из любопытства. Мы с тобой дружим уже шестнадцать лет, а последние шесть лет я к тому же являюсь твоим адвокатом. Мне кажется, я заслужил твое доверие, Ной.

- Мой адвокат не должен задавать вопросы, на которые я не хочу отвечать. - Он посмотрел ему в глаза. - И мой друг тоже должен верить, когда я говорю, что ему следует держаться от этого подальше. Слишком опасная это штука.

- Не преувеличивай.

- Еще раз говорю тебе: это крайне опасно, - повторил Ной. - Постарайся не вникать в это, Тони.

- Не думаю, что Огден налетит на меня с дубинкой в темной аллее, чтобы выколотить нужные сведения.

- Лично сам, нет. Зачем это ему? Но он может нанять кого угодно для такого дела.

Тони покачал головой:

- Мне кажется, что Огден не придает твоему RU-2 такого большого значения, как тебе кажется. У него и без того хватает забот.

- А если для всей компании Огдена мой RU-2 - это все равно, что атомная бомба для Хиросимы? Может быть, это сравнение поможет тебе понять существо дела?

Тони улыбнулся:

- Ты шутишь. Ты не... - Но тут он осознал, насколько серьезно прозвучал голос Ноя. И каким холодом повеяло от него. - А у тебя случаем не развилась мания преследования?

- Нет. Просто осторожность. И хочу, чтобы ты устранился ради своей же безопасности. - В голосе Ноя прозвучали резкие и грубоватые нотки. - До сих пор я позволял тебе помогать мне, потому что ты единственный, кому я мог довериться. Но теперь ты должен выйти из игры. Вскоре, как только эти акулы пронюхают про RU-2, типчики вроде Огдена раскроют свои зубастые пасти.