Хорас Блоджетт – слишком много торгуется. Плохой кандидат для быстрой торговли.

Нед Смит-отец следит за своим кошельком. С ним можно иметь дело, если только он не потратил оставшуюся часть своего трехмесячного содержания.

Джон Блэйктон – очень может быть. Сравним с Бэбиджем.

Чарлз Таунсенд – денег не считает, может купить почти сразу».

Записи Джерома содержали еще пять имен, и возле каждого – его краткие комментарии.

– Что вы на это скажете, миссис Маргарет? – полюбопытствовала Пенелопа.

Маргарет повертела листок в руках и еще раз просмотрела список.

– Должно быть, Джером подумывал продать «Записки», – ответила она наконец.

– Продать? – изумилась девушка. – Да с чего бы это?

«Потому что он столь же отчаянно, как и мы, нуждался в деньгах», – подумала Маргарет.

– Я видела подобные книги в лавке, Пенелопа, – произнесла она. – И не сомневаюсь, что их можно было выгодно продать.

Пенелопа выглядела озадаченной.

– Что-то мне не верится, что мистер Эстерли мог интересоваться столь отвратительными вещами.

– Ну какие они отвратительные, Пенелопа? – устало возразила Маргарет. – Или ты полагаешь, что именно в них причина всех наших неприятностей?

– Нет, – медленно проговорила Пенелопа, – но мне все кажется, что была какая-то причина... Ах, если бы не было так жарко, – вздохнула она.

– Или если бы не передохли цыплята, – добавила Маргарет.

– Если бы не рухнула крыша, – промолвила Пенелопа.

– И не засорилась каминная труба, не заболели бы коровы, или если бы мы не продали поросят так скоро, – произнесла Маргарет, пытаясь улыбнуться. За последние два года несчастья так и сыпались на них, как из рога изобилия.

– И не увял бы сад. И еще не забудьте про западную стену, – прибавила Пенелопа. – Тоже ничего себе случай был!

– Да, – вставая, согласилась Маргарет. – Зато мы многому научились, так что теперь сами себе хозяйки.