Алан неуверенно улыбнулся – он прекрасно запомнил это – в знак согласия. Зато за улыбкой юный Таррант смог скрыть свое истинное отношение к словам отца.

Отец хотел, чтобы он принял незаконнорожденного брата и делал вид, что этот выродок – ему ровня. И Алан повиновался целых двенадцать лет. С тех пор как отец умер, Алан носил навязанную ему мантию ответственности, пряча под ней питаемые к брату ярость и отвращение. Целых двенадцать лет он был тем, кем хотел бы видеть его отец, – управляющим этого бастарда, появившегося на свет в результате интрижки между горничной и герцогом.

До сегодняшнего дня.

Герцог Таррант взглянул на свинцово-серое небо, недоумевая, отчего это солнце такое блеклое. День ведь великолепный! Он наконец-то освободился. Не только от приветливого и раздражавшего его Джерома, но и от тени собственного отца, нашептывавшей ему на ухо правду, от которой некуда скрыться. Старик куда больше любил незаконнорожденного сына, чем своего полноправного наследника.

Внезапно Алан почувствовал себя невероятно счастливым человеком. Да, «Записки» утрачены, но не все еще потеряно. Ни Джером, ни его жена Маргарет никогда больше не побеспокоят его.

Герцог Таррант улыбнулся.

Глава 1

Великая куртизанка обладает

и любопытством, и смелостью.

Из «Записок» Августина X

Уилтшир-Даунз, Англия

Ранняя весна 1822 года

Обнаженный мужчина сидит, скрестив ноги, на великолепном ковре, держа на коленях роскошную женщину. Ее голые ноги обнимают его торс и сцеплены у него за спиной. Одна мускулистая рука лежит на ее бедре, другая обхватила ее за талию. Голова женщины запрокинута, рот приоткрыт, веки опущены, выражение лица говорит о неописуемом наслаждении. Его голова склонена к ее груди, язык осторожно ласкает напряженный сосок.