— Ты тоже хорошо себя проявила, — напомнила Моника. — И потом, Сильвия просто без ума от тебя, об этом все знают.

— Но Сильвия поступает честно. Между прочим, она сама объявит результаты конкурса, Моника коротко хохотнула.

— Тогда дело в шляпе, не так ли? — заявила она; — Сильвия хочет лично провозгласить, что ты наконец-то получила должность, которую она уже давно готовила для тебя.

— Не знаю, возможно, она просто намерена вежливо отказать мне, — возразила Пенни, надеясь в душе, что это совсем не так. А если все же это окажется правдой и ее боссом предстоит стать Линде Кидман, то тогда не останется другого выхода, как уйти из «Старк». Даже сама мысль о том, чтобы терпеть высокомерные насмешки прихлебателей Линды, была такой же неприемлемой, как и перспектива лизать ей задницу, чего Линда, безусловно, будет ожидать от нее. Честно говоря, именно вероятность того, что Линда может стать ее редактором, резко усилила амбиции самой Пенни, а позже эти амбиции превратились просто в навязчивую идею, которая, в свою очередь, породила некоторую самоиронию и непродолжительные вспышки театральной скорби, вызывавшие судорожный смех у коллег Пенни.

— Ты не думаешь, что тридцать лет — это слишком рано для должности редактора отдела? — спросила Пенни. — Я имею в виду, что, возможно, мой возраст…

— Твой возраст не имеет никакого значения, — оборвала ее Моника. — Я и раньше говорила, что все дело только в твоих способностях. — С одной стороны, Монике хотелось продолжить свою мысль и напомнить Пенни о той известности, которую она завоевала по обе стороны Атлантического океана благодаря своей интуиции, а также остроумным и иногда довольно спорным интервью. Все это печаталось в выходящем раз в две недели журнале «Старк», на страницах которого читателю предлагались на выбор новости, слухи и сенсации. Тираж «Старк» составлял свыше пятисот тысяч экземпляров. С другой стороны, собственная самоуверенность Моники не позволяла ей слишком уж расхваливать чужие способности, особенно когда собеседник был почти на десять лет моложе.