Пенни рассмеялась.

- Не думаю, что Линда Кидман согласилась бы с тобой, - возразила она, пробираясь под разгневанный хор автомобильных клаксонов сквозь сущий ад, украшенный красными огнями светофоров. - На самом деле она совершенно уверена, что получит эту работу, хотя бы по той причине, что гораздо опытнее меня. В "Старк" Линда работает по крайней мере в два раза дольше, чем я, и постоянно проявляла себя с хорошей стороны.

- Ты тоже хорошо себя проявила, - напомнила Моника. - И потом, Сильвия просто без ума от тебя, об этом все знают.

- Но Сильвия поступает честно. Между прочим, она сама объявит результаты конкурса, Моника коротко хохотнула.

- Тогда дело в шляпе, не так ли? - заявила она; - Сильвия хочет лично провозгласить, что ты наконец-то получила должность, которую она уже давно готовила для тебя.

- Не знаю, возможно, она просто намерена вежливо отказать мне, возразила Пенни, надеясь в душе, что это совсем не так. А если все же это окажется правдой и ее боссом предстоит стать Линде Кидман, то тогда не останется другого выхода, как уйти из "Старк". Даже сама мысль о том, чтобы терпеть высокомерные насмешки прихлебателей Линды, была такой же неприемлемой, как и перспектива лизать ей задницу, чего Линда, безусловно, будет ожидать от нее. Честно говоря, именно вероятность того, что Линда может стать ее редактором, резко усилила амбиции самой Пенни, а позже эти амбиции превратились просто в навязчивую идею, которая, в свою очередь, породила некоторую самоиронию и непродолжительные вспышки театральной скорби, вызывавшие судорожный смех у коллег Пенни.

- Ты не думаешь, что тридцать лет - это слишком рано для должности редактора отдела? - спросила Пенни. - Я имею в виду, что, возможно, мой возраст...