– Ты не знаешь, кто я и что я, мой старый друг. Ну-ка, наполни кубки еще раз, и поглядим, что нам покажет Грааль.

Откровение подошел к дубовому ларю, налил воду из глиняного кувшина в неглубокую серебряную чашу и бережно перенес ее на стол. Подождал, чтобы рябь улеглась, а тогда начал медленно водить над водой золотым камешком. Огоньки свечей заметались и погасли, хотя воздух в комнате оставался неподвижным. Котта наклонился и уставился в чашу на воду, ставшую бархатно-черной.

Первым там возник образ мальчика, пламенно-рыжего, с яростными глазами. Деревянным мечом он рубил и колол пустоту. Рядом сидел пожилой воин. Его правая рука вместо кисти завершалась кожаным колпачком, надетым на культю. Откровение внимательно всмотрелся в них, потом провел рукой над поверхностью. Теперь они увидели голубое небо и юную девушку в светло-зеленом платье, сидящую над озером.

– Это горы Рэции, – прошептал Котта.

Девушка медленно заплетала темные волосы в одну косу.

– Она слепа, – сказал Откровение. – Видишь, ее глаза обращены к солнцу и не мигают.

Внезапно девушка повернула лицо к ним.

«Доброго вам утра», – сказала она беззвучно – слова возникали у них в мозгу.

«Кто ты?» – мягко спросил Откровение.

«Как странно! – отозвалась она. – Твой голос шелестит, будто утренний ветерок, и кажется таким далеким!»

«Я далеко от тебя, дитя. Кто ты?»

«Я Андуина».

«И где ты живешь?»

«В Сисастре, с моим отцом Онгистом. А ты?»

«Я Откровение».

«Ты друг?»

«Да. Настоящий».

«Я так и подумала. А кто с тобой?»

«Откуда ты знаешь, что я не один?»

«Таков мой дар, почтенный Откровение. Кто он?»

«Котта, монах Белого Христа. Ты скоро с ним встретишься. Он тоже друг».

«Это я знаю. Я чувствую его доброту».

Вновь Откровение провел рукой над чашей. Теперь он увидел юношу с длинными волосами цвета воронова крыла; он гнал табунок отличных сикамбрийских коней в одной из долин за Лондиниумом. Он был красив: тонкие черты лица, сильный бритый подбородок. Откровение пристально вгляделся в молодого всадника.