- Вы уверены, что этот холм - не Лысая гора и сегодня не Вальпургиева ночь? - спросила я и обернулась.

Наталья, вздрогнув, подняла голову. В руке у нее был флакончик, из которого она как раз вытряхнула на ладонь две маленькие таблетки.

- Я сегодня ужасно устала, наверное, из-за дороги. Боюсь, не усну, поспешила объяснить она, хотя я не выказала удивления. - Наверное, я неважный водитель; многочасовая езда всегда меня изматывает. - Наталья убрала флакончик в карман костюма.

- Смотрите, зарницы! - воскликнула Лариса.

Поворачиваясь к окну, я уловила краем глаза янтарный блик, упавший на лицо Натальи, когда она взяла бокал. Теплый свет оживил бесстрастный профиль и придал ему колдовское очарование. Я покосилась на Ларису. В этот миг за окном полыхнуло, и ее лицо стало мертвенно-голубым, словно у Снежной королевы. Контраст был так разителен, что у меня тут же родился сюжет картины: комната с бревенчатыми стенами, две красивые женщины. Одна - блондинка холодного скандинавского типа - сидит с бокалом перед камином и смотрит на пламя. Игра света и тени на лице создают иллюзию, будто в душе женщины кипят страсти. Вторая дама стоит у окна и смотрит на грозу. У нее рыжие волосы, тонкие ноздри, нервные губы, но вспышка молнии сделала ее лицо холодным и безжизненным. Название картины: "Игра света".

Будущая картина так захватила мое воображение, что я не заметила, что джентльмены снова присоединились к нам, Лариса вернулась к столу, а на ее месте оказался Борис. Очнулась я, лишь когда он обнял меня за плечи своей тяжеленной лапой.

- Что с тобой, дорогая? Ты устала? Да, день у нас сегодня был тяжелым. А тут еще эта гроза. Как ты себя чувствуешь?

- Прекрасно. - Я осторожно высвободилась из его объятий. - Бушующая стихия всегда меня бодрит. Жаль, что вы устали. Мы могли бы сделать вылазку и устроить шабаш. Погода - самая подходящая, а ведьм что-то не видно. Совсем обленились.